Линия фронта для сотрудников МУРа проходила через каждый московский двор

Линия фронта для сотрудников МУРа проходила через каждый московский двор
Уже в первые дни Великой Оте-чественной войны на фронт ушли 12 тысяч сотрудников московской милиции. На плечи тех, кто остался в городе, легла колоссальная нагрузка, ведь с началом войны работы у столичной милиции заметно прибавилось.

Во-первых, уже осенью 1941 года в городе резко возрос уровень преступности. И это вполне понятно: многие дома и квартиры стояли пустыми. А тут еще острый дефицит необходимых товаров. Увеличилось количество квартирных краж, воровства продуктов и особенно продуктовых карточек. К концу войны милиция в Москве констатировала трехкратное увеличение количества тяжких преступлений по сравнению с довоенным временем.

А во-вторых, московской милиции в годы войны пришлось выявлять вражескую агентуру, диверсантов и лазутчиков, ловить дезертиров из Красной Армии, пресекать паникерские настроения и распространение слухов. Даже удивительно, как в этих непростых условиях столичные сыщики умудрялись раскрывать сложнейшие преступления и поддерживать порядок в громадном городе.

"Мы еще встретимся, фашисты проклятые!"

В один из августовских дней 1941 года в квартире москвича Стефана Кальтера раздался звонок. 12-летний Герман открыл дверь и тут же получил удар по голове. На шум в прихожей из комнаты выбежал хозяин. На него набросились двое в масках. Они избили Кальтера, затем прошлись по квартире в поисках чего-нибудь ценного. Прихватив пару хрустальных вазочек, часы на цепочке, меховую шапку и золотой перстень с гравировкой "СНК", преступники еще несколько раз пнули лежавшего на полу хозяина и скрылись.

Возня в квартире Кальтера привлекла внимание соседей. Те вызвали милицию и скорую помощь. Хозяина квартиры с множественными ушибами и переломами отвезли в больницу, однако спасти мужчину не удалось.

Личность погибшего была установлена без особого труда. Стефан Кальтер, 45 лет, правоверный советский гражданин, член ВКП(б), фотокорреспондент одной из московских газет. Разумеется, расследование этого убийства было взято под особый контроль. Однако никаких зацепок у сыщиков не оказалось: сын фотокорреспондента заметил только черные маски на лицах преступников.

Между тем через несколько дней история повторилась. На сей раз жертвами неизвестных преступников стали сестры Эмма и Ева Шварц - студентки одного из московских вузов. В тот день они вернулись домой раньше обычного. Вошли в свою квартиру и остолбенели: там хозяйничали какие-то люди в масках. Один из них достал кастет и ударил Эмму по лицу. Еще несколько минут преступники шарили по квартире. Однако ничего не нашли, кроме 16 рублей, лежавших на полочке. Избив сестер, преступники скрылись. Последней их фразой были слова: "Мы еще встретимся, фашисты проклятые!"

Такая же участь через пару дней постигла и 13-летнюю Наташу Рунге. В ее квартиру, когда она была одна, вломились неизвестные в масках. Крикнув что-то о проклятых фашистах, налетчики избили девочку, похитили какие-то вещи и скрылись.

Теперь сыщики МУРа не сомневались: все эти преступления - дело рук одних и тех же лиц. Причем корыстные мотивы явно не были главными. Преступники откровенно выбирали своими жертвами людей с немецкими фамилиями. Однако примет злоумышленников по-прежнему не было. Все потерпевшие в один голос говорили только о черных масках.

Прошло два месяца. И вот в один из промозглых осенних дней 1941 года сыщики выехали на место очередного убийства. Жертвами преступников стали супруги Михельсоны. Их зверски убили в квартире. А внизу, у подъезда, нашли тело их сына - преподавателя математики одного из московских вузов.

Опросив свидетелей, сыщики составили словесные портреты преступников. И вскоре они были задержаны.

Ими оказались 17-летние московские парни Андрей Колесов и Сергей Казаков. Интересно, что оба из приличных семей. У Андрея, например, мама трудилась заместителем директора гостиницы "Москва". А вскоре стали известны обстоятельства убийства Михельсона и его родителей.

Поздним вечером приятели возвращались домой. В кромешной тьме (Москва в то время не освещалась по причине светомаскировки) приятели добрались до ближайшей трамвайной остановки. И вдруг их внимание привлек мужчина, который беседовал с кем-то из пассажиров. Разговор шел о Красной Армии, о просчетах советского командования, о том, что в довоенное время слишком много пели песен вместо того, чтобы заниматься перевооружением войск. Даже удивительно, как мужчина отважился на такие откровения с незнакомым человеком. В те годы подобного рода разговоры пресекались самым безжалостным образом.

И тогда приятели решили проучить чрезмерно говорливого мужчину, не дожидаясь, когда им заинтересуются компетентные органы. Они выследили говоруна и в подъезде его дома ударили несколько раз кирпичом по голове. А затем ворвались в квартиру своей жертвы. В тот момент там находились родители погибшего. Их убили ударами ножа.

Поскольку убийство Михельсонов не было спланировано заранее, маски на лица Колесов и Казаков не надели. Именно поэтому их смогли опознать случайные свидетели - соседи того дома, где жил математик и его родители.

Сопоставив информацию соседей и кое-какие свои факты, сыщики пришли к выводу: череда убийств и нападений на людей с немецкими фамилиями - дело рук Колесова и его дружка.

А мотивом преступлений стало желание... помочь Красной Армии в борьбе с фашистами. Дескать, пока солдаты воюют с врагом на фронте, они, Колесов и Казаков, очищают от немцев советский тыл. Именно с такими намерениями они и врывались в квартиры, где проживали люди с нерусскими фамилиями. Выяснить это в те годы не представляло большого труда: на дверях каждого московского дома имелись таблички с фамилиями жильцов.

За убийство четырех человек суд приговорил Андрея Колесова и Сергея Казакова к расстрелу. Тот факт, что к моменту ареста друзьям еще не исполнилось восемнадцать, судья во внимание не принял...

Серийный маньяк с завода "Компрессор"

17 июля 1944 года - одна из ярких страниц истории военной Москвы. В тот день по городу провели колонны немецких солдат и офицеров, взятых в плен в ходе успешного советского наступления в Белоруссии. 57 тысяч 600 человек прошли от Ходынского поля по Тверской улице и Садовому кольцу до Курского вокзала. Все улицы, балконы, крыши домов были заполнены москвичами. Дабы избежать эксцессов, охраной порядка в центре Москвы в тот день занимался весь личный состав столичной милиции. И все-таки без ЧП не обошлось. Правда, никакого отношения к пленным немцам оно не имело.

...Продуктовый магазин на Коровьем валу, недалеко от Калужской площади. До обеденного перерыва оставалось несколько минут. Посетителей не было, весь персонал магазина ушел посмотреть на пленных немцев. В торговом зале дежурили лишь две сотрудницы - Катя Смолина и Дарья Ковалева.

Когда после обеденного перерыва в магазин вошли люди, их взору предстала жуткая картина: на полу лежали два окровавленных трупа, все было перевернуто вверх дном и залито кровью. Уходя, злоумышленник выгреб из кассы наличные деньги и прихватил несколько банок тушенки.

Вызванная по тревоге оперативная группа долго не могла добраться до места происшествия. Сыщикам приходилось буквально продираться сквозь толпы москвичей, запрудивших центр столицы.

А когда оперативники все-таки прибыли на место, даже они, опытные сыскари, испытали шок от увиденного. Из материалов уголовного дела: "Мертвые тела гражданок Смолиной и Ковалевой обнажены, привязаны веревками к письменному столу. Глаза завязаны шарфами. На телах обнаружены многочисленные следы колото-резаных ран, нанесенных острым предметом, предположительно ножом".

Простую корысть как мотив преступления сыщики отмели сразу. Не стоило ради нескольких банок тушенки и сотни рублей устраивать такое побоище. Скорее всего преступник имел какие-то психические отклонения.

Начальник московского уголовного розыска Александр Урусов лично занялся расследованием этого неординарного дела. Однако следствие сразу зашло в тупик: не было ни свидетелей, ни примет убийцы. Лишь отпечатки пальцев. Однако такие пальчики в милицейской картотеке не значились.

Прошло четыре месяца. И вот 7 ноября 1944 года в Москве было совершено похожее преступление.

В тот день Москва, как и вся страна, отмечала 27-ю годовщину Октябрьской революции. По этому случаю в столице гремел праздничный салют. Вечером, несмотря на холодную погоду, на улицах было многолюдно. Милиция, как всегда в таких случаях, работала в усиленном режиме.

Едва отгремели последние залпы салюта, как в милицию поступил звонок: найден труп женщины. Личность погибшей установили по документам, которые были в дамской сумочке: 28-летняя Оксана Поликарпова. Ни денег, ни продуктовых карточек на месте преступления не было. Судя по всему, преступник прихватил их с собой.

Из материалов уголовного дела: "Мертвое тело потерпевшей частично обнажено, привязано веревкой к дереву. На теле множественные колото-резаные раны от острого предмета, предположительно от ножа".

Сыщики тут же сопоставили свежее убийство с тем, что видели летом в магазине на Коровьем валу. Сходство было очевидно. А вскоре, опросив знакомых убитой Оксаны, муровцы вышли и на предполагаемого убийцу. Им оказался давний знакомый Поликарповой некто Николай Утюжкин. Парня немедленно арестовали. На допросах он сознался, что действительно убил свою подругу в припадке ярости. Дескать, она слишком откровенно строила глазки встречным офицерам. Вот Утюжкин и не выдержал...

Однако, сознавшись в содеянном, преступник упорно отрицал свою причастность к убийству продавщиц в магазине. А вскоре появилось и фактическое подтверждение его слов: соседка Утюжкина вспомнила, что видела Николая в тот самый злополучный день, 17 июля. Как и многие жильцы их дома, Утюжкин стоял на балконе и наблюдал за прохождением колонн немецких пленных. Стало ясно: эти два преступления никак не связаны.

Та же соседка припомнила, что видела возле магазина на Коровьем валу подозрительного типа. И даже смогла описать его приметы.

Приметы четко указывали на жителя одного из соседних с магазином домов. Так в поле зрения сыщиков попал Иван Дронов, работник завода "Компрессор". В годы войны на этом заводе делали хорошо всем известные "катюши".

Сыщики стали наводить справки о Дронове. Характеристика была такая, что впору представлять человека к ордену. Ударник коммунистического труда. Отличный семьянин. В первые дни войны был командиром отряда местной противовоздушной обороны, тушил немецкие зажигалки. Как-то не верилось, что примерный семьянин и отличник производства причастен к жестокому убийству.

Дронова вызвали в милицию, стали осторожно выяснять, где он был днем 17 июля. Дронов говорил, что был дома. А затем сыщикам позвонили из горкома партии и велели прекратить допросы такого уважаемого человека. Дронова пришлось отпустить.

Однако через некоторое время он снова попал в поле зрения сыщиков. Дело в том, что в последующие несколько недель в городе произошли еще три преступления. Почерк был один и тот же: на девушек нападали в безлюдных местах, раздевали, убивали, забирали ценные вещи. И еще характерная деталь: глаза жертв были завязаны каким-то шарфом или тряпкой.

Третье убийство произошло недалеко от заводских корпусов "Компрессора", а погибшей оказалась сотрудница заводской охраны. Обстоятельства указывали на то, что убийство мог совершить только работник предприятия. И тут оперативники вспомнили о Дронове.

Арестовали Ивана Дронова в его собственной квартире после того, как при обыске была обнаружена любопытная тетрадка. Это был дневник, в котором убийца подробно описывал свои криминальные похождения. А вскоре пришли и результаты дактилоскопической экспертизы: пальцы Дронова и отпечатки преступника, совершившего убийство в магазине, совпали.

13 марта 1946 года суд приговорил отличника производства и примерного семьянина Ивана Дронова к расстрелу.

Цыганский барон

Весной 1945 года по Москве прокатились тревожные слухи: на окраине города какие-то личности убивают и грабят людей. Не щадят никого, даже священников.

Поводом для подобного рода слухов стало таинственное убийство отца Алексея. Труп священнослужителя со следами пыток обнаружили в его доме. А из церкви, настоятелем которой был отец Алексей, исчезли старинные церковные книги, иконы и внушительная сумма денег - 60 тысяч рублей, собранных прихожанами на ремонт храма.

На место преступления срочно прибыла следственная группа с Петровки, 38. Убийство священника по тем временам - событие неординарное. В годы войны, как известно, наметилось потепление отношений между церковью и властью. В Москве были открыты храмы, разрешено свободное богослужение, в том числе и крестные ходы. В пасхальные ночи в Москве даже отменяли комендантский час.

А 4 сентября 1943 года состоялась эпохальная встреча Сталина с митрополитами Сергием, Алексием и Николаем. На встрече иерархи РПЦ просили у вождя разрешения созвать архиерейский собор не позже чем через месяц. Выслушав митрополитов, Сталин сказал: "А нельзя ли проявить большевистские темпы и созвать собор через три дня?" Ровно через три дня, 8 сентября 1943 года, состоялся архиерейский собор, на котором, как известно, был избран патриарх Московский и всея Руси.

Словом, власть в сороковые годы демонстрировала свою лояльность к православной церкви, и любые мероприятия, враждебные религии, были резко ограничены. Неудивительно, что зверская расправа над православным священником дошла до самых верхов. Секретарь ЦК ВКП (б) Александр Щербаков, курировавший в те годы идеологию, потребовал от московской милиции в кратчайшие сроки раскрыть преступление и наказать виновных. Началась лихорадочная работа по поиску злоумышленников.

Опрос местных жителей ничего не дал. Никто ничего не слышал и не видел. Только одна старушка заявила, что видела в ту роковую ночь каких-то странных и жутких всадников. В тот момент показаниям старушки никто не придал особого значения.

И вдруг через несколько дней следствие, зашедшее было в тупик, получило новые любопытные факты. В один из апрельских дней на толкучке появилась молодая женщина. Она предложила спекулянтам купить у нее несколько церковных фолиантов.

Быстро договорившись о цене, женщина отдала книги и ушла. А продавец решил рассмотреть фолианты повнимательнее. На одной из страниц мужчина обнаружил пятна засохшей крови и тут же сообщил об этом в милицию.

Осмотр изъятых книг показал: они были украдены из церкви того самого подмосковного села, где недавно жестоко убили священника.

За подозрительной дамой установили наблюдение. Выяснилось, что это Ольга Каменева, учительница младших классов одной из московских школ. Как-то не верилось, что она связана с преступным миром. Впрочем, сомнения отпали, когда "наружка" донесла: учительница неожиданно отправилась в гости к местным цыганам.

Местный цыганский табор был хорошо известен милиционерам. Дело в том, что незадолго до убийства священника в соседнем селе случилась странная история. Подрались местные жители и цыгане. Пострадал один из участников драки: его пырнули ножом. А когда цыган арестовали и доставили в милицию, в отделение явился старший цыган и предложил стражам порядка огромную по тем временам сумму денег...

Но какое отношение все это имеет к убийству священника? И тогда начальник МУРа Урусов решил пойти на отчаянный шаг: спровоцировать цыган на новое преступление, чтобы взять их с поличным.

С этой целью распустили слух, что в одном из близлежащих сел будет открыта церковь. Из Москвы, дескать, приехал крупный церковный иерарх и привез с собой сокровища для нового храма. Прибывшего священнослужителя (его роль играл один из сотрудников МУРа) поселили в частном доме. А рядом выставили милицейскую засаду. Разумеется, в полной тайне от местных жителей.

И вскоре преступники клюнули на приманку. В доме "священника" появилась та самая учительница. Под видом исповеди женщина провела в доме почти час. Оперативники не сомневались: дамочка приходила на разведку.

А еще через пару дней поздно ночью у дома "священника" показались подозрительные тени: несколько человек верхом на лошадях. Спешились. Бесшумно пробрались к дому, выставили окно и залезли внутрь. Тут их и повязали сотрудники милиции.

Все задержанные оказались молодыми цыганами. Вооружены были ножами и тесаками. На допросе признались: все нападения - их рук дело. Сдали и своего главаря - цыганского барона Василия Черноброва.

Сыщики моментально оцепили дом, где жил Чернобров. Сам барон, как вскоре выяснилось, прятался на чердаке. Во время задержания он оказал сопротивление, ударив ножом молодого оперативника Ивана Твердохлебова. От полученных ранений милиционер скончался.

При обыске в доме Черноброва нашли золотые кресты, старинные книги и иконы, дорогую посуду и огромное количество денег. Два дня ушло только на осмотр и опись изъятого у барона имущества. А в русской печи был обнаружен пистолет ТТ и патроны. Как потом выяснилось, табельный пистолет принадлежал сотруднику милиции, убитому несколько месяцев назад на территории Московской области.

На допросах Чернобров вел себя нагло и вызывающе. Однако в московской милиции раскалывали и не такие орехи. Вскоре спесь с бандита сошла, и он поведал о том, как убил и ограбил отца Алексея.

Оказывается, они были давно знакомы. В 1941 году на оккупированной территории отец Алексей спас Черноброва от немцев, спрятав его у себя в доме. И вот спустя почти четыре года, весной 1945-го, они случайно встретились в Москве. На радостях священник пригласил цыгана к себе домой, показал свой приход. Тогда-то у Черноброва и возникла мысль ограбить священника. А ровно через неделю в дом священнослужителя нагрянули подельники Черноброва. Приехали верхом на лошадях. Их-то и заметила соседка - та самая старушка, показаниям которой вначале сыщики не придали никакого значения.

Что же касается учительницы, ею оказалась дальняя родственница Василия Черноброва Ольга Павлюченко. Днем она сеяла "разумное, доброе, вечное", а в свободное от работы время служила наводчицей в цыганском таборе. За свои услуги получала ворованные украшения и старинные книги.

Главарь цыганской банды Чернобров получил вполне заслуженную "вышку". Все его подельники были приговорены к длительным срокам заключения. А цыганскую общину в 24 часа выселили подальше от Москвы - в те годы с возмутителями общественного спокойствия власти не церемонились.


29.04.2016 03:02:11 
автор: Сергей ХОЛОДОВ 

← Все новости

 
«Московская правда»
радио-онлайн
Новое видео
От Соррентино до Смолфута.

Нажмите и получайте наши новости вместе с Яндексом
Loading...
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru Рейтинг@Mail.ru